?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
барсумская рулетка: Дилэни "Вавилон 17"
firre
bridge_on_fire
http://www.ekranka.ru/pics/cover_delany_1.jpg Необычная гуманитарная фантастика, в которой Дилэни рассматривает язык как вирус, способный за счет смены точки зрения превращать людей в агентов враждебной цивилизации. Чужой язык здесь инфицирует носителей, заставляя воспринимать мир совершенно иначе и даже делая людей враждебными, чужими за счет другой системы знаков. Тема крайне интересная и приходящая в голову любому, кто знает больше, чем один язык. Скажем, если в одном языке есть слово "голубой", а в другом его нет вовсе, то как те, другие, воспринимают "голубой"? Быть может, для живущих в другой языковой сфере он совершенно отсутствует? Как же в таком случае находить общий язык? А если речь идет о фундаментальных различиях языковой системы, базирующихся на биологических различиях, государственных различиях, различиях в способе питания, размножения и так далее? Тема настолько мощна, что даже становится страшно за Дилэни, который пишет в очень лиричном, поэтичном ключе. Мне кажется, ему не хватает силы, хотя сам факт попытки раскрытия такой темы вызывает уважения. В итоге все вопросы, связанные с перемещением в пространстве, физическими допущениями выглядят слабыми и лишенными внимания автора, ведь Дилэни гораздо больше интересует проблема взаимопонимания между людьми.

Героиня романа - известный поэт Ридра Вонг. Если верить Эллиоту, Ридра Вонг - это голос своего народа, а в данном случае - голос человечества, потому что ей удается выражать человеческие желания и мировоззрения наилучшим образом. Ридра Вонг к тому же обладает невероятной способностью к языкам, что увеличивает ее мудрость за счет осознания разниц мировоззрения, структур разных языков. Дилэни рисует Ридру Вонг как своего рода пророка, который вызывает любовь тем, что понимает. Тут легко провести параллель со вторым томом про Эндера, ведь тот тоже в каком-то смысле страдает от понимания. Первые два романа Орсона Скотта Карда произвели на меня сильнейшее впечатление как раз за счет сложности тем. Чувствительность Ридры к языкам и поэтическому ритму позволяет ей гораздо лучше понимать людей, потому что язык их жестов, взглядов, поз также ей подвластны. Порой это превращается почти в телепатию, вызывает эффект болезненности восприятия. Неудивительно, что именно ей дают задание расшифровать загадочное послание, зафиксированное в радиоэфире сразу перед мощными терактами. Ридра быстро понимает, что это не шифр. Это язык. Но чем больше из этого языка она понимает, тем сильнее ее тянет встать на чужую сторону.

"Вавилон 17" - крайне интересный опыт за счет мощи допущения, хоть и написан крайне просто, характеры его неглубоки, никакого "проработанного мира", как любят фанаты карт. Штурманы, связи на троих выписаны вяло, возвращение после смерти - сомнительная и неубедительная экзотика. Вначале я не была уверена, что роман вообще можно отнести к нф. Именно поэтому, прочитав "Вавилон" уже на третий день срока "рулетки", я не написала о нем сразу, взяв "Пересечение Эйнштейна", чтобы составить полное представление о Дилэни. Кроме того я прочитала два перевода "Вавилона", выбрав наилучший. Были ли слабости "Вавилона 17" вызваны несовершенством языка или исключительно несовершенством перевода? Вот что предстояло понять. "Пересечение Эйнштейна" окончательно поставило точку в сомнениях - Дилэни гуманитарий, он тоже отчасти поэт, поэтому все "недостатки" его нф - всего лишь невнимание к неинтересному. "Пересечение" - крайне поэтичный постядер про мутантов, похожий больше на легенду и испещренный эпиграфами из Жене и других авторов, которые любители чистой нф никогда не прочтут. В общем, "Вавилон" - хорошая книга, несмотря на несовершенства. За счет рулетки я значительно обогатила свой нф-багаж.

Шанс на попадание в поле зрения без "рулетки": Дилэни - это новая волна вместе с ранним Муркоком, ранним Пристом, Олдиссом и т.д, поэтому я давно хотела его прочесть. Но это давно тянулось годами, так что спасибо заказавшему. Заодно прочитала и раннего Приста, "Фугу темной земли", которая доказала, что Прист - чуждый мне автор.

  • 1
на самом деле неописуемые ощущения, любимые мои - ворочается какой-то очень большой пласт про язык, прочту-ка

(правда в итоге я люблю думать мысль, кого же Жижек цитировал, ну Лакана, наверное, что сознание, личность - инвейдер в теле, и голос индикатор присутствия инвейдера)

роман оставляет весьма интересное чувство. с одной стороны, недоделок, с другой - так сильно стимулирует фантазию и заставляет вспомнить так много философских работ о языке, что это, конечно, прет.

а еще я не поняла, почему ты ко мне "любимые мои" обращаешься.

фыркнула кофием в монитор, извините

это я про ощущения, они, они любимые мои!
хотя вы большой молодец и я вас уважаю)

ыы. а я подумала, что это какое-то странное обращение, в духе писем русских писателей. типа "неописуемые ощущения, любимые мои! буду читать, буду".

и удивилась.

а мне бы пошло, кстати! бардовщинка такая

Хм. Похожая тема про связь языка и вируса встречается в "Лавине" Нила Стивенсона, которую я сейчас читаю.

в "Лавине" все ближе к технике, как все у Стивенсона. здесь именно гуманитарный подход, что смотрится необычно.

Круто
крутокрутокруто
мастрид

Про язык-вирус сразу вспомнился Понтипул конечно же
но там все проще
там в через язык переносился зомби-вирус
и даже одно это было невероятно круто
а тут намного глубже даже

прочитай, конечно. он своеобразный и кажется даже неудачным, но идея все оправдывает.

  • 1